Приснилась озёрная чайка… Утро, туман, тишина…

На дальнем берегу — камыши… Едва угадываются.

Будильник — опять! Чтоб его…

Кофе, брюки, галстук, портфель, очки… Лифт, мусорный бак, через гаражи — на остановку… Бегом! Шнурки! Опять не завязал… Дверь закрыл? К гаражам подтягиваются помятые мужики… У них там столик под сломанным тополем.

Моя маршрутка! Эй-эй-эй!.. Успел…

Мымра уже вопросительно смотрит. Должен сегодня презентацию показать. Это ужасно…

Надо бы передохнуть часок…

…

Снова приснилась озёрная чайка… Утро, туман, тишина…

Будильник!..

Мымра — в командировке! Хорошо, что вспомнил…

Пожалуй, устрою-ка себе выходной… Хотя бы до обеда.

В кофе — немного молока… Чуть-чуть — сахара… Погладить брюки… Галстук — просто класс! Но лучше перевязать… «Мы — счастливые дети надежды…» Бутерброды — в портфель. Потёртый изрядно, но жутко люблю. Очки — где-то поцарапались… Надо бы в оптику заглянуть. Лифт — на этаже. Мусорный бак — пустой. Солнышко пригревает. М-м-м… Через гаражи — на остановку… Мужики — не спеша разливают. Что-то про хоккей и политику…

А вот как раз и моя маршрутка!

Бутерброды — в стол. Никто вопросительно не смотрит. И презентацию — никому не должен. Вот это — жизнь! Всем советую…

…

Озёрная чайка… Будильник… Мымра… Презентация…

Неужели я не заслужил хотя бы недельку отпуска?!

Мужики в гаражах… Пожалуй, в чём-то они правы…

…

Чайка… Утро… Тишина…

Этот год решил посвятить перезагрузке…

Полистываю Шопенгауэра… Пока мымра на совещаниях.

По пятницам заглядываю в гаражи после работы. Мужики там непростые собрались… Хамсу с самсой — уж точно не перепутают!

…

Последние годы всё больше размышляю над будущим этого человечества… Куда-то спешим… Суетимся… Оставишь докурить?.. Гляди — ещё один очкарик… С портфелем в обнимку. Бежит… А шнурки-то — болтаются! С такими шнурками ни на какую маршрутку не успеет!

Хе-хе-хе…

Держали когда-нибудь в руках пятифунтовую купюру?

Очень красивая, замечательная банкнота. И королева на ней — тоже…

Там, правда, Черчилль на обороте…

Тут уж, как говорится — деньги, карты, два ствола. Не суть.

Как известно, на экзаменах тройку от пятёрки подчас отделяют две-три случайные ошибки. Так?

Топ-модель от буфетчицы — качество макияжа и возможность регулярного посещения фитнес-клуба. Так?

Всё все понимают.

Но каждый раз — одно и то же: ЛЮБИТЬ, ТАК КОРОЛЕВУ… Хоть тресни!

А вот как раз тут — стоп. Нас разве классики не предупреждали?

Хотя…

Бывает, кто только не предупреждает… И мама, и классики, и оперативные сотрудники… Ну так природу ж — не обманешь.

Единственное, что можно посоветовать — выбирайте спутницу жизни добрее себя.

А если получится, то и…

Или Вы — по любви?

Тоже хорошо. Вся наша жизнь построена на ошибках…

Классики для того и нужны, чтобы на берегу определиться — по любви или по расчёту.

Результат, конечно, один.

Но всё равно — лучше ни себя, ни друг друга не обманывать.

И хотя бы уважать.

А в идеале — даже верить. И доверять. Или это одно и то же?

Пойти классиков полистать?

Столько вопросов, столько вопросов…

На днях зашёл в Казачий Собор.

Росписи на стенах. Иконы. Потемневшие лики. Неловкий шорох — теряется. Молитва — возносится. Под светлыми сводами и некрещёный уверует, что будет услышан…

Поставил свечки.

Потому как — намоленное же место.

Сотни, тысячи, сотни тысяч людей — изо дня в день, из года в год.

Каждый — о своём, а все вместе — об одном и том же.

Каждый вздох — по ниточке, по былиночке, по слезиночке вплетается в непостижимость, которую по незнанию своему называем аурой.

Или атмосферой.

А, на самом-то деле — намоленное место.

Просто — намоленное место.

Намоленным может стать и Белокаменный Храм на Соборной Площади, и ветхая часовенка на берегу таёжной речушки.

И притихший погост…

И библиотека с блуждающим эхом ветхих страниц…

И камень в поле со стёртыми ветром письменами…

И трёхсотлетний дуб на взморье — в три обхвата…

Театр, картинная галерея, органный зал — тоже намолены.

По-своему — стремлением к гармонии у тех, кто сюда приходит…

Футбольные матчи, рок-концерты или петушиные бои — вулканическими эмоциями…

И тут уж абсолютно неважно — стотысячная чаша стадиона собрала своих фанатов или небольшой подвальчик в промзоне — два-три десятка посвящённых…

Казино, аукционы, гольф-клубы, сезоны высокой моды — ощущением элитарности, причастности к изысканности и к дорогущей эстетике…

Не всё там фетиш, хотя и его тоже хватает.

Дачный посёлок, тихая рыбалка, одинокие грибники по перелескам — робкой попыткой воссоединиться с природой…

Они потому и намоленные, что возвращают нам… Хотя бы надежду.

Но есть, конечно, и другие места — ненамоленные.

Куда приходят — с безразличием. Откуда уходят — торопливо глядя на часы.

ЗДЕСЬ все — одинаковые. Потому что ЗДЕСЬ — удобно. Потому что ЗДЕСЬ — бумага всё стерпит. Потому что ЗДЕСЬ — начальник всегда прав. Потому что ЗДЕСЬ — легче договориться, чем сделать. Потому что ЗДЕСЬ — по инструкции. Потому что ЗДЕСЬ — про цены на бензин и про пирожки со щавелем. А в субботу и воскресенье про ЗДЕСЬ можно вообще не вспоминать.

А вот в этом месте — стоп.

Получается, что и ЗДЕСЬ — сотни, тысячи людей думают об одном и том же, мечтают об одном и том же, просят об одном и том же…

Вот и выходит, что и ЗДЕСЬ тоже — намолено?!

Где как намолили, так там и живём.

И это нормально, как сказал бы подполковник Гоцман.

Казачий Собор.

Решил зайти поставить свечку.

Приостановился в тени колокольни. Затмение!

Совсем небольшое. И не совсем настоящее.

Случайное, можно сказать.

Но, раз уж - затмение...

Попробовать один кадр - против солнца?

Могут же парусные яхты – против ветра?

Рыба на нерест – против течения?

Наудачу... Вдруг – оно того стоит?

Вдруг – разорванная в клочья преисподняя…

Бездна, обрушившаяся на город…

Безумные сны Эль-Греко?

Вдруг – птицы попрятались и затаились… В жилах - стынет кровь…

Это кто - Громовержец? Волан-де-Морт?

Нет-нет… Забудьте… Я не произносил этого имени…

Где же ты, палочка Дамблдора!?

Вдруг - крест нерукотворный над куполом храма?

Оптический обман? Знамение? Небесный поцелуй?

Кто-то ещё - заметил?

И вообще… Вдруг – Шестикрылый Серафим?

Как там у нас с духовной жаждою - томимы?

Не томимы?

Ничего страшного - всему своё время.

А пока - пусть просто тучи. И - летний дождь...

Листок непослушный — как долго падает.

Полузабытое детство — где?

Кузнечики… Плацкартный билет — помят и немного надорван. Да и зачем он — поезд-то ушёл… В самом деле? Не грусти. Слышишь — стрижи…

Оглянись — тебе не будет скучно.

Вот — городская свиристель… Пристроила гнездо в давно остановившихся часах. Ворона даже и не подумает здесь искать, а людям — безразлично…

Сердитый дворник поливает кипятком зимний тротуар… Злой — кто-то сильно обидел. Бери ведро с лопатой — и за песком…

Голодные коты по крышам — накорми. Орать не будут. Или будут — меньше.

Плохой отличник разорил осиное гнездо… Дай сачок. Пусть ловит.

Снеговик растаял — морковку поклевали птицы. Уже — большая польза…

По стенам — пустые гвозди… Ржавеют помаленьку — ждут своих клоунов… Пусть ждут.

Белокурое божество в смелых шортиках снова проиграло твой Ровер…

Ну, а как ты хотел?

Женщина выдаёт серьёзные кредиты — только под серьёзные проценты…

А эти озверелые ночные комары…

Сволочи — никогда не летают против ветра! Дай, дай им насосаться кровушки — обязательно потеряют маневренность. Вот тут — и не плошай…

Вдруг — оглянулся.

И…

Один на полустанке… С последним вагоном — испарились случайные друзья и попутчики. Так бывает — вроде есть, есть. А потом — хоп! И нет никого.

Кричать? Махать руками и бежать следом? Ждать следующего поезда?

Не спеши. Есть хорошее русское слово: «Не надо…»

Все соберутся… Рано или поздно. Все — в одном месте.

Тогда…

Может — просто сойти со шпал и прогуляться? Пешочком! Наискосок — через холмы… Вброд — через мелкую речушку с пескарями… Промокнуть под летним ливнем… Драпануть от случайного шороха в малине…

А как же…

Не переживай… Не надо.

Слышишь — стрижи.

Жара. Макрон. Москиты. Цены. Инвентаризация. Ужасно тяжёлый характер. Сдох аккумулятор. Проблемы с горячей водой. И всякое такое…

А хочется — другого… Не такого… Простого и лёгкого…

Светлого… Воздушного… Безмятежного…

Вот — пчела… Да!

Не мотылёк, не бабочка какая-нибудь… Не стрекоза…

Пчела.

Сюжет с чертополохом, признаюсь сразу — прошлогодний.

И пчела, понятное дело — тоже прошлогодняя. Не в этом суть.

Она же… Обыкновенная. Пчела как пчела. А глазеть на неё можно — бесконечно.

Пыльца, нектар… Пыльца, нектар…

От цветка к цветку… От цветка к цветку…

Как лёгкий летний сквознячок…

Как дождь с пузырями на лужах… Как костёр на песке…

Скрытые смыслы. Бесконечность. Безвременье.

Каждый раз, как увижу какую-нибудь пчелу — ассоциации, ассоциации…

И вот уже — то ли жалко у пчёлки… То ли…

Случайная ведь игра слов — а сколько смыслов…

Прямо — до слёз.

Давно мучаюсь — у них на инстинктах вот это вот всё?

Или как?

А если — как, то — как именно?

И вот однажды, по случаю, спросил одну такую же вот пчелу…

Весь разговор здесь приводить не буду.

Но если в двух словах, услышал что-то вроде: «Отвали. Не видишь — жара, Макрон, инвентаризация… И всякое такое.»

Нет! Ну — почему?..

А где же — безмятежность?.. Где — безвременье?..

Встретил соседку в лифте — плачет…

Навзрыд.

Её оболтуса не взяли в десятый класс.

Как дальше-то без образования?!

А ведь мечтал — про ИИ…

Да только… Футбол, друзья, девочки и всё такое…

Кивнул, чтобы успокоить.

А оно надо? Между нами. Образование-то? Один ведь раз живём…

У японцев, говорят, из-за этого вот самого образования — детство заканчивается в шесть лет. Правда, результат — те самые технологии.

Но что-то не очень счастливы — сколиоз, близорукость, суицид и всё такое…

При этом — исключительно рис, водоросли и совсем немного рыбы…

А вот аборигены на островах Океании — так те до конца жизни остаются детьми.

И всю эту жизнь — счастливы!

Безо всякого образования!

Правда, не очень технологически развиты — набедренные повязки и всё такое…

И тоже — не все и не всегда сыты.

У англичан в элитных колледжах — конкуренция с младших классов.

Поэтому, говорят — звёздная АПЛ, Range Rover, Сити и всё такое.

Но редко улыбаются — ресурсов не хватает.

Разумеется, и они — не всегда сыты. Но дело даже не в этом — у них в принципе не еда, а чёрт знает что такое…

Говорят, …

Да чего уж — не всем так повезло, как нам.

Кликнул щуку — да и поехал на печке…

Куда захочешь! Куда скажешь!

При этом ты и сыт, и счастлив, и технологически развит, и всё такое…

Понятно, что печка — не Range Rover. Понятно — тоже хочется…

Тут только два варианта.

Либо — к папе с мамой, либо — как японцы или англичане…

Щука, следует заметить — тоже ведь далеко не всегда. Да и не у всех…

Кстати! Китайцы же ещё есть — соседи наши…

У них-то как всё это дело — детство, счастье, еда и технологии?

И — образование?

Обожаю лето!

Хорошо — даже в городе.

Народу — никого. Асфальт — мягкий. Лужи — тёплые. Солнце — печёт…

Рваные вдрызг джинсы. Шлёпанцы — на босу ногу. Непременно!

Подруга — в коротенькой линялой майке.

Студенческая парочка испуганно вскочила со скамейки.

Поспешно нацепили свои смешные очки и убежали — целовались.

С хохотом плюхнулись на их место.

«У тебя и точки — курсивом? Да ты педант! — она полистала мой гаджет. — А вот здесь — гениально… О, взрывоподобный!.. Впрочем — нет. Тебе уже не стать чемпионом… Как и мне!»

Рассмеялась, достала из сумочки несколько фотографий, с придыханием протянула одну маленькую — с левым уголком: «А вот здесь я — в форме.»

Одобрительно кивнул — в молодости погоны были ей к лицу.

Скажу откровенно, я-то в любой форме — не очень.

Всегда в ней чувствовал себя дураком. Даже в футбольной — ну что это за кривые волосатые ноги торчат из трусов…

Долго-долго бродили по набережной.

Она мне — про каких-то жуков. Сбежали из банки и разлетелись по квартире.

Я ей — про моего первого карася. Мама тайком спустила его в унитаз… Помните, я уже про него рассказывал?

Болтали обо всём на свете, часто и невпопад смеялись, облизывали тающее мороженое и глазели на голодных чаек.

Вечерний ветерок с реки смешался с ароматом её духов…

Уж и не знаю, какое у них название — но ощущения… Такие знакомые.

Смешно теперь вспоминать эту прогулку — тогда нам и было-то всего-ничего…

Лет по семьдесят?

Или что-то около этого…

За весёлой оградкой детского сада бодро зазвонили в бубен.

С колокольчиками.

Деток вывели на утреннюю прогулку.

Свои-то — уже большие оболтусы.

Приостановился — из чистого любопытства.

Вдруг осенило — процесс-то…

Запущен!

И необратим.

Дети — вырастут!!!

И повзрослеют.

И нам, рано или поздно — надо просто расслабиться…

Для начала — полюбоваться… Чем-нибудь… Хотя бы… Вот…

Хотя бы цветочками — на этой же вот незатейливой оградке…

И, вообще — оглянуться…

И — увидеть.

Не будем же откладывать!

И начнём, к примеру, …

Да вот с них же и начнём — с оград да с заборов.

Не с древних крепостных стен, не с ажурных чугунных оград, не с заросшего мхом частокола…

С обычных уличных заборов.

Которые — повсюду.

Дощатые — со щелями, занозами и отверстиями из-под сучков…

Бетонные — разрисованные уличными граффити…

Металлические — с обвивающим рабицу хмелем…

Или — не совсем с обычных…

Как на этой вот безлюдной улочке.

Кирпич к кирпичу. Потемневший от времени. С белой прошивочкой. С нишей для кустика барбариса. С вручную подогнанным декоративным бордюром.

Попробуем взглянуть на этот забор…

Как на произведение искусства.

Как на знак уважения к своему ремеслу.

Как на проявление любви к окружающим.

Как на памятник архитектуры.

Как на достопримечательность этой безлюдной улочки, в конце концов.

И, возможно — получится снова чем-то удивить своих повзрослевших оболтусов.

Как тогда — в их сопливом детстве с бубенчиками.

Но это — не точно…

Хочешь построить дом – построй.

Закажи бетон - залей фундамент.

Завези кирпич - подними коробку.

Вставь окна.

Сооруди крышу.

Надо успеть - до дождей.

Август – самое подходящее время.

Огурцы уже отошли, а картошку копать - рано.

Тучек нет - можно и не спешить.

Даже днём уже печёт не так, как в июле.

А к вечеру - и вовсе хорошо.

Особенно - наверху.

Редкие прохожие задирают головы - на перестук молотков.

Озадаченные голуби – тоже интересуются.

Сосновая доска – свежая.

С сучками и душистой смолой.

Ветерок. Самолёт. Облака. Термос. Бутерброды с варёной колбасой. Мишка…

Сматерился – опять у него гвоздь без шляпки.

Кажется, завтра должны завезти черепицу?..

Хочешь построить дом – построй.

Для людей и для голубей.

Вечереет…

Вот уже и солнце садится за далёкие-далёкие, синие-синие горы.

Лёгкий ветерок — теребит ковыль.

Высоко-высоко парит большая-большая птица.

Отсюда, от каменистого ручья, она кажется совсем-совсем маленькой.

Двое прогуливаются в окрестностях роскошного ранчо.

— О чём ты задумался, Илон, глядя на эти бескрайние прерии, на эти табуны вольных мустангов, на этого величественного орлана?..

— Дональд, в последнее время я всё чаще думаю лишь об одном… Примут ли они нас обратно?..

…

Вечереет…

Солнце прячется за белые шапки скалистых вершин.

Лёгкий ветерок теребит гладь огромного озера.

Высоко-высоко парит большая-большая птица.

Отсюда, от шашлычной, она кажется совсем-совсем маленькой.

Двое прогуливаются по тропинке, усыпанной галькой.

— О чём ты задумался, Ник0ла, глядя на эти виноградники, на эти сады, на эту железную дорогу?..

— Урсула, в последнее время я всё чаще думаю лишь об одном… Примут ли они нас обратно?..

…

Вечереет…

Солнце зябко ёжится и медленно тонет в свинцовом осеннем море.

Лёгкий ветерок доносит крики голодных чаек.

Сосны сиротливо разбрелись по песку.

Отсюда, с окраины уютного прибрежного городка, они кажутся маленькими-маленькими.

На углу, в небольшой уютной кофейне, зажгли свет.

Двое прогуливаются по чистенькой, аккуратно вымощенной улочке.

— О чём ты задумался, Гарри, глядя на этих чаек, на эти сосны, на это море?..

— Алла, в последнее время я всё чаще думаю лишь об одном… Примут ли они нас обратно?..

…

Вечереет…

Солнце прячется в городских клёнах.

Лёгкий ветерок теребит ромашки на клумбе.

Вокруг носится откровенно глупый пёс с разорванным в клочья футбольным мячом.

Оставшиеся не у дел пацаны понуро разбрелись по домам.

Над опустевшей песочницей кружится огромная стрекоза.

Отсюда, с детской площадки, она кажется совсем-совсем маленькой.

Двое на качелях уныло переглядываются.

— О чём ты задумался, Жека, глядя на эту вот стрекозу, на этого вот своего откровенно глупого Тузика?..

— Серый, я сейчас думаю лишь об одном… Примут ли они нас обратно?..

…

Вечереет…

Вот уже и солнце искупалось в прозрачном изумрудном море.

И звёзды взошли на востоке.

Совсем рядом сыграла сонная рыба.

Над затихшей апельсиновой рощей угадывается ночная птица.

Отсюда, сверху, всё кажется маленьким-маленьким.

Двое прогуливаются по лунной тропинке.

— О чём ты задумался, Зевс, глядя на эти бескрайние прерии, на эти сосны, на эти горы, на эти ручьи и моря?.. На эти табуны мустангов, на эти стаи птиц, на этих играющих рыб?.. На этого Илона, на этого Дональда, на этого Ник0лу, на эту Урсулу, на этого

Гарри, на эту Аллу, на этого Жеку, на этого Серёгу?.. На этого их Тузика?.. Какой смешной…

— Гера, в последнее время я всё чаще думаю лишь об одном… Примут ли они нас обратно?..